Лариса Астахова: "Моя система координат: научные интересы и преподавание"

«Главные вопросы любой женщины – это выбор. Выбор того, что для нее важнее: работа или семья. И, как говорят, счастлив тот, кто утром бежит на любимую работу, а вечером бежит домой в любимую семью, - утверждает Лариса Астахова, заместитель директора Института социально-философских знаний и массовых коммуникаций, доктор философских наук,   победитель университетского конкурса  2014 года «Женщина года. Мужчина года: женский взгляд». – Мне оказалось и проще, и тяжелее – смотря с какой стороны посмотреть. Потому что выбирать, я считаю, мне не пришлось.  Я работаю весь день, и весь день я со своей семьей, неразлучно и нераздельно. А вечером можно поспорить о новой статье, что мы пишем, за ужином. Работа пришла домой, а семья переехала на работу… И все это счастье дал мне Университет: здесь я нашла свою  семью, когда вышла замуж, будучи студенткой 5 курса, за преподавателя своей родной выпускающей кафедры социологии, Ярослава Владимировича Бухараева».

Лариса Сергеевна – человек с потрясающей энергетикой и несомненной харизмой. Даже  за несколько минут общения  убеждаешься в том, что она –  увлеченный преподаватель и ученый, бесконечно влюбленная в свою работу.

- Что Вы любите в своей профессии больше всего?

- Студентов. Меня привлекает  научный поиск.  Когда человек находит проблему и начинает её разворачивать. И у каждого свой способ. Чем больше таких людей, тем больше я понимаю смысл своей работы. Хотя, я, наверное, отвратительный научный руководитель. Потому что я постоянно пытаюсь дать «волшебный пинок». В том направлении, в котором ничего нет, даже в интернете ничего нет и списать  тоже не у кого. Моих курсовиков,  даже на антиплагиат,  нет смысла проверять. Ребята просто идут на улицу, в храм, а потом пишут о том, что они видели. Был случай, что один знакомый, далекий от науки, спросил меня :«Как вы пишете научные работы, диссертации, неужели из головы?», на что я ему ответила :«Да, из нее самой!!!»

- Есть ли у вас кумиры?

- Нет, кумиров у меня нет. Мне проще выбрать мифологическую фигуру, нежели реальную.

Как – то раз, я захожу на пару первый раз в группу и начинаю говорить фразу - «Я не верю в то, что кто-то из вас постигнет тонкое искусство религиоведения, но я постараюсь хотя бы научить …». И вдруг, все затихают, они все смотрят на меня такими глазами, и до меня доходит, что я почти слово в слово цитирую Северуса Снейпа из Гарри Поттера. А я буквально на днях читала этот эпизод своему сыну. Образ Северуса, мне как-то понравился до того, как он стал положительным персонажем в конце. Мне понравилась такая его научная продвинутость, попытка прийти на помощь даже при своей закрытости.

Мне интересен  Прометей тем, что принес людям что-то новое, что им было нужно, а как уже этим воспользовались, это другой разговор. 

- Какие у Вас планы на будущее?

- У меня планы каждого дня. То есть я строю планы, не выстраивая из них планки. Это когда доходишь до определенной планки, а потом думаешь. Как же дальше жить? Что делать? Если все уже сделано. Такого чувства у меня нет, несмотря на то, что в течение 5 лет, я достигла всего, к чему стремилась. Перспектив масса. Не хочется ни кому ничего доказывать! Доказывать только самому себе, что у тебя есть способность, наверное, как Прометей. Вредя самому себе, но зато ты знаешь, что это нужно кому-то, даже, если одному человеку.

Мой объект гордости - девочка аспирантка. В магистратуре она узнала об онкологии головного мозга. Она выдержала 3 операции.  В промежутках после первой она написала магистерскую диссертацию, после второй - она села  за кандидатскую работу. Она звонила мне, даже когда у нее  были адские боли и врачи запрещали ей читать.  Она говорит, что не может остановиться, и если сейчас откажется от этого, то смысла нет в жизни! А сейчас у нее все хорошо, она здорова. Я восхищаюсь такими людьми, которые в столь юном возрасте имеют такую силу воли.

- Какие страны хотели бы посетить?

- Весь мир! Просто ходить по городу – для меня лучшая форма туризма. Каждый город уникален. Мне больше нравится наблюдать за людьми, как они сосуществуют, нежели смотреть на архитектуру.

Санкт-Петербург - это город, в котором я бы смогла жить после Казани. В других я не чувствую себя своей. В Казань я возвращаюсь, как домой, где бы я ни была!

  О себе не для протокола

Если верить моей трудовой книжке, я не осталась работать в университете. Но все ВУЗы, где я училась в аспирантуре или набиралась первого ассистентского или доцентского опыта: КГФЭИ, АГМУ, - теперь тоже – Университет. И,  кажется, что я не расставалась с ним никогда…

Самое поразительное, что я никогда не считала себя руководителем, всегда искала только преподавания и науки… Помню первый день моей педагогической практики, когда я провела свое первое занятие. И выходя из аудитории, вдруг поняла, что это – настоящее счастье: учить. Я поняла, что для меня с моей будущей профессией все ясно: даже то, что у меня получалось хорошо, моя профессиональная социологическая подготовка в полевых исследованиях религии была для меня лишь возможностью рассказать студентам о том, как это может быть интересно: исследовать правильно.  И рядом был мой муж.

Но опыт руководителя настиг меня практически одновременно со званием доцента – в 27 лет, когда меня назначили заместителем заведующего выпускающей кафедрой в Институте государственной службы при Президенте РТ. И с тех пор не отпускал… Уходя (или, точнее, возвращаясь) в Университет, я искренне надеялась, что оставляю там свой небольшой, но ответственный пост (а заведовал моей кафедрой в 40 человек ректор ИГС), и больше этой работы не увижу… Я жестоко ошибалась.

Через год я получила от декана философского факультета, где я работала в тот момент доцентом кафедры религиоведения, как он выразился «предложение, от которого вы не можете отказаться – стать моим  первым заместителем». Довольно долго я считала, что отказаться, на самом деле, можно. Но через две недели согласилась, и уговорили меня очень просто: я буду заниматься в первую очередь образовательным процессом и его усовершенствованием. Это меня убедило.

Вообще, до того момента, как я пришла на кафедру религиоведения, я считала, что научные интересы – это одно, а то, что ты преподаешь – совсем другое. Это две параллельные прямые, которые не пересекаются… И вдруг я попала в систему координат, где это стало возможным. Они не просто пересеклись, они идут рядом, слились в одну магистральную прямую моей жизни.

Недавно студентка первого выпуска религиоведов рассказала мне, как она запомнила мою первую лекцию. Они тогда были на втором курсе, только перешли – первый набор. И, конечно, испытывали массу сомнений, кем они будут работать, что будет дальше. Я, конечно, очень волновалась – для меня это была первая лекция по любимому научному направлению, и мало что помню. Оказывается, я с порога им заявила, что безумно им завидую – они учатся тому, что нам приходилось осваивать самосостоятельно, по книгам и редким заметкам. И  именно это мое восхищение профессией заставило некоторых остаться на отделении в тот момент, когда был «кризис специальности», кризис третьего курса: они сказали, что если есть хотя бы один человек, кто завидует их специальности – это уже отлично!

Сегодня ситуация иная. Журнал Форбс назвал религиоведение в пятерке ведущих востребованных специальностей мира в перспективе XXI века. Отделение выросло, работает магистратура. И сегодня, уже почти год, я сама заведую этой кафедрой.

За год случилось многое. Мы открыли целых 5 новых профиля, и на кафедре идет набор 3 бакалаврских программ (религиоведение и 2 теологии: христиановедение и исламоведение). Действуют три магистратуры, открывается новая сетевая магистратура. Бюджетный набор вырос с 12 мест (2012) до 33 (2013) и теперь до рекордных 54 мест (2014).

И все это – стараниями всего 13-ти человек.

В октябре 2013, когда я уезжала защищать докторскую диссертацию, мои сотрудники провожали меня словами: Вы не переживайте, все будет хорошо, но мы уже ждем Вас назад! Когда я защитилась, они звонили мне в Санкт-Петербург,  поздравляли со словами, повергшими секретаря Ученого совета в немое удивление: «Мама, возвращайся быстрее,  цыплятки ждут!». Цыплятками, как оказалось, назвали себя студенты-выпускники, когда вертелись около кафедры, ожидая заведующую, теперь доктора наук…

У меня один сын, Даниил, несчастный ребенок – четвертое поколение гуманитариев давит на него тяжким грузом ответственности. Но, на самом деле, у меня очень много детей, больше сотни. Я счастлива, когда наши выпускники приходят и даже приезжают на кафедру издалека, даже из-за границы – чтобы поздравить с праздником, попить чаю, узнать новости нашей научной жизни. Вот это – действительно Школа.

Что можно сказать напоследок. Судя по всему, наш корпоративный праздник отныне – День Святого Валентина. И не потому, что мой муж работает со мной на одной кафедре. Ведь если мы все любим друг друга – значит день всех влюбленных немножко и наш день)))

Характеристика на заместителя декана, заведующую кафедрой религиоведения философского факультета Казанского (Приволжского) Федерального Университета Астахову Ларису Сергеевну от коллег:

Ой вы, гой еси, жюри мудрое! Пишем мы тебе мужчины факультетские. С факультета философского умного. Во году 2013 современного летоисчисления великой разрушительности счастье обрушилось нам на кафедру. Звали счастье сие Астаховой Ларисой Сергеевной. И ударило счастье сие по нервам, жизни и научно-практической деятельности многосчастливой мужской аудитории нашего факультета.

Муки совести снедают нас весь год прошедший, весь год нынешний и весь год будущий. Ибо бережёт она мужской состав чрезмерно и трепетно. Ибо даёт она людям расти профессионально и работать в своё удовольствие, чем вгоняет нас в тоску и паранойю великую. Ибо где вообще такие начальники бывают? А мы-то бедные, отечественной системой образования испорченные, всё ждём да ждём подвоха от шефа интеллигентного. А уж когда сразу два шефа интеллигентных: сама Лариса Сергеевна да декан наш Михаил Дмитриевич, то нам, людям россейским и вовсе тяжело: ждём начальственного пинка, а его нету. Всё справедливые указания да заслуженные поощрения… И плодится паранойя в мыслях наших.

А ещё молодёжь она воспитывает как свою, так и студенческую неправильно: не в любви к деньгам да удовольствиям, а в привычке к труду созидательному. Ну, куда это годится-то? Несовременная молодёжь растёт, нетолерастная, всё более знающая, интеллигентная и (страшно сказать) патриотичная. Ну, всё не как у европейцев. Всё как-то по-нашему.

И семью свою она эксплуатирует нещадно. Ребёнка своего детства лишает, с младых ногтей к наукам приучает да мир ему показывает (ужасть какая!) не в телевизоре, а в реальной жизни. Графика, говорит, там лучше и пользователей больше… А недавно отдала учиться фехтованию историческому, клинком махать да историю отечества изучать. Это ж кем ребёнок вырастет-то? Умным,  интеллигентным и знающим? И о чём он со сверстниками-то говорить будет, горемычный? Они ж на «Доме-2» да на «Камеди клабе» воспитанные, да шутками нижепейджеровыми вскормлены!

И мужа своего тиранит нещадно: уютом его домашним мучает да заботой истощает! А ну, как и к морям тёплым повезёт? Ведь мечты-то не останется у человека несбыточной, захиреет мужчина да заскучает… Ежели жена любимая ему ещё какую задачу жизненную не сформулирует.

А девицам-то кафедральным и вовсе грусть-тоска работать стала: конференции да игры ролевые, да симпозиумы, да гости заморские. То есть выбор мужчин велик да тяжек. Да и разум у дев, стараниями Ларисы свет-Сергеевны такой, что не каждый мужчина справится. Вот и тоскуют бедные, прынцев на белых конях перебираючи… А что делать бедным, ежели им прынцев с мозгами подавай, а нонешние-то прынцы у коней своих белых как пользоваться телефоном консультируются…

Стало быть, слушайте плач наш горестный, свет-жюри мудрое! Да спасите нас горемычных, оцените Ларису свет-Сергеевну по достоинству. Чтобы не только от нас слышала она с кажинным приходом своим в крепость факультетскую слово ласковое «Нащщальника!»

Мужи факультета философского.