От Клячкинской больницы до Ново-Татарского кладбища: как провожали Габдуллу Тукая
На этой неделе в Казани отмечают День памяти Габдуллы Тукая — исполнилось 112 лет со дня его смерти. 15 апреля 1913 года (по новому стилю) поэт скончался в Клячинской больнице (на ул. Островского). Спустя два дня проститься с выдающимся татарским литератором собралось около 10 тысяч человек. Корреспондент «Реального времени» решил пройти тем же путем, что преодолела траурная процессия 17 апреля в день похорон. Подробнее о том, как Тукая провожали в последний путь, — в материале «Реального времени».
Кави Наджми — Баумана — Университетская
О том, что с конца февраля поэт лежит в больнице, сам Габдулла Тукай написал 5 марта (здесь и далее — по старому стилю) 1913 года в журнал «Ялт-йолт» под псевдонимом «Шурале», сообщая, что передает обязанности секретаря другим людям. Известно, что в 1912-м его осмотрел петербургский врач Александр Поль, который обнаружил, что чахотка пощадила лишь половину легкого поэта. Самому Тукаю он не сказал, также поступил и астраханский медик, писатель Нариман Нариманов.
Палата Тукая. Радиф Кашапов / realnoevremya.ru
Доходный дом на современной улице Островского, 11/6 в Казани, как и Купеческое собрание (ныне ТЮЗ), принадлежали миллионерам Журавлевым. В 1897 году доктор медицины Григорий (Гирш) Клячкин арендовал в нем место для электроводолечебницы. В 1906-м она занимала все здание, и это была уже частная лечебница со стационарными отделениями, амбулаторией, рентген-кабинетом, электротерапией, водолечением. Такое в России было только в Москве и Петербурге. При этом кое-кого врач мог «пользовать по своему усмотрению безвозмездно». На бесплатной основе на больничной койке оказался и Тукай, при этом больной, зараженный, так что Клячкин разместил его секретно. Лежал поэт в отдельной палате с выходом на современную Кави Наджми.
В советское время клиника стала роддомом, потом здание заняло Министерство здравоохранения РТ, а теперь здесь находится офис «Движения первых».
По маршруту последнего пути Тукая корреспондент издания прошелся 15 апреля, в день смерти поэта. Поэтому видел, как сотрудницы «Движения первых» возложили цветы к мемориальной табличке литератора, а заодно разрешили пройти в музей. Внутри на доске маркером нарисован поэт и описано событие дня. Основное наполнение экспозиции — фотографии татарских семей, причем это не копии, а оригиналы.
Радиф Кашапов / realnoevremya.ru
Одним из тех, кто лечил Тукая, был Роман Лурия, в будущем — один из организаторов и первый директор Государственного института для усовершенствования врачей. Но медики были бессильны — во-первых, болезнь была запущена, во-вторых, пациент был сильно истощен физически. Тем не менее стараниями врачей Тукай прожил еще месяц, писал стихи, статьи, письма. 1 апреля фотограф Иосиф Якобсон сделал его знаменитый фотопортрет.
Перед смертью поэта посетил издатель Ахметгарай Хасани, а через два часа Тукай умер. Документы о его смерти, как и история болезни, не сохранились. Хоронили «Солнце татарской поэзии» 4 апреля (по современному исчислению — 17 апреля).
В этот день не работали татарские издательства, отменили спектакль в «Шәрык клубы». А люди начали собираться у больницы. Интересно, что на пути Тукая было немало мечетей и много церквей. У Клячкинской раньше на месте Дома Коммунальников стояла Вознесенская церковь, снесенная в 1932-м. Потом будет Богоявленская, Никольская единоверческая, Спасо-Преображенская, Четырех Евангелистов, Борисоглебская… Выйдя из двери больницы (этот выход сохранился), траурная процессия направилась на Проломную (Баумана).
И это — Юнусовкая площадь. предоставлено пресс-службой министерства культуры РТ
Старо-Татарская слобода
В пути процессия разрасталась — к ней присоединялось много людей. По некоторым оценкам, собралось около 10 тысяч человек. Затем людской поток свернул на Университетскую и достиг угла Московской и Парижской Коммуны, где у Сеннобазарной мечети на фоне Усмановского подворья (ныне это новодел) было сделано еще одно фото. Из-за большого количества народа по Московской в тот день не могли ходить трамваи.
На Юнусовской площади прочитали джаназа-намаз, здесь же сделали фотографию, на которой мы в первый и единственный раз можем видеть отца друга Тукая — Фатиха Амирхана — Зарифа хазрата. Сам публицист, журналист, многие годы страдающий от паралича, не мог, конечно, присутствовать на таком масштабном событии. Предполагаем, что снимок сделали в той части площади, которая сейчас называется «Сад Любви».
Затем траурная процессия проследовала сначала по современной улице Тукая (мимо его нынешнего музея). Потом, судя по фотографиям, свернула на Салиха Сайдашева. В то время на месте пятой горбольницы находилось еще одно кладбище, а железной дороги не было, так что скорбящие спокойно вышли к Алой мечети и повернули на улицу Мазита Гафури, пройдя сквозь нынешнюю территорию Точмаша.
Ново-Татарское кладбище. Здесь находился вход в 1913 году. Радиф Кашапов / realnoevremya.ru
Там, за «Точмашем»
Из-за пропускной системы завода старый вход на Ново-татарское кладбище теперь закрыт. Так что желающие повторить маршрут проводов Тукая должны двигаться дальше по ул. Кызыл Татарстан, а по пути оценить реставрацию Ново-Слободской (Белой) мечети. Затем нужно аккуратно пройти по тротуару у трассы на Меховщиков и зайти в ближайшие ворота кладбища (рядом есть автобусная остановка).
Указанные выше территории во времена Тукая кладбищем не были, на что указывают и более свежие захоронения. На карте надо найти «Иске юл», Старую аллею и подойти к ее началу — сейчас здесь стена. Как указывает сотрудник Литературного музея Тукая Лена Тябина, поэта в 1913 году похоронили на самой окраине кладбища. После погребения мулла Зариф Амирхан прочитал суры из Корана.
Кто выступал на кладбище?
Могила Тукая. Радиф Кашапов / realnoevremya.ru
Кроме того, Касим-хазрат Салихи прочитал на могиле Тукая строки из стихотворения «Васыятем»/«Мое завещание»: «О душа, ты отметалась! К Богу своему иди, — Отвращала взор от света, а теперь — не отводи».
Отец Салихи Абдулгалям был имамом и мударрисом Апанаевской мечети. Его сын Касим, родившийся в селе Чирши (Высокогорский район), после смерти отца сменил его в должности и сделал Апанаевское медресе (которое также называлось «Касымия») новометодным и прогрессивным. В 1917-м хазрат стал председателем управления Союза духовенства Казани, потом был мухтасибом города, с 1930-х годов — имам-хатыбом мечети Марджани. Далее сведений о нем нет, но, говорят, Касим-хазрат скончался в 1954 году.
Рядом с Тукаем похоронены очень разные люди. Оперный певец Ситдик Айдаров, классик советской литературы Шариф Камал, актеры Нури Сакаев, Ибрагим Гафуров, Камал III, Бари Болгарский, организатор первой профессиональной татарской театральной труппы Ильясбек Кудашев-Ашказарский и революционер Хусаин Ямашев.
Современные технологии. Радиф Кашапов / realnoevremya.ru
Могила Фатиха Амирхана находится недалеко от тукаевской. Она, как и некоторые другие, «украшена» блестящей табличкой с qr-кодом. Табличка — журнального формата, а прикреплена на «альбомную» основу, смотреть на нее надо, повернув голову. У Амирхана код ведет на страницу Союза писателей РТ: можно много узнать об Амирхане Еники.
Как и Тукаю, Амирхану в следующем году исполняется 140 лет. Также 140 будет Габдулле Кариеву, одному из основоположников татарского театра. Но ожидаемо, что «Солнце татарской поэзии» затмит их по уровню внимания. Насколько это справедливо — пусть каждый решает сам.
