Счастье – это мир в душе
История Казанского края является предметом исследования многих татарстанских ученых, исследователей, как практиков, так и теоретиков.
Полки книжных магазинов пестрят обложками многочисленных изданий по краеведению, исторических очерков и путеводителей. Однако большинство авторов подобной литературы, хоть и обладают определенными знаниями, скорее занимаются своим делом ради извлечения прибыли, а не с целью передачи культуры и традиций следующему поколению.
Историческое значение памятников архитектуры и искусства родного края, духовных ценностей бесконечно велико, а количество людей, чей вклад в их развитие является неоценимым, невероятно мало, и, что особенно грустно, о них зачастую известно немногим, что, в принципе, неудивительно, так как за славой они не гонятся, предпочитая скромно и с удовольствием заниматься любимым делом.
Таким образом, наша встреча с поистине уникальным историком, краеведом Анатолием Михайловичем Елдашевым неслучайна.
Мы попытались в этой краткой беседе раскрыть сущность этого человека, пробудить у стороннего наблюдателя интерес к его деятельности, а именно работе над большим исследовательским проектом по истории возникновения, развития, разрушения и возрождения православных обителей Казанского края, монастырских некрополей, а также жизни именитых горожан, оставивших глубокий след в процветании края – проводимой автором на основе как изданных, так и вновь выявленных архивных документов и источников.
- Вы являетесь историком с большой буквы, у Вас много исследований и публикаций по краеведению и темам православия. Какова основная цель Вашей работы? В чем Вы видите свое призвание? К чему стремитесь?
- Последние пятнадцать лет я достаточно плотно работаю над большим проектом – православие в крае (XVI – начало XX вв.). За это время издано десять книг и более шестидесяти статей по этой проблематике. Основной сегмент моих изысканий – монастыри, монашество, утраченные храмы и некрополи. Как я к этому пришел, несмотря на свое советское, партийное прошлое? Ведь в годы советской власти я был профессиональным партийным работником (заведующий отделом пропаганды и агитации Бугульминского горкома КПСС, закончил с отличием Саратовскую Высшую партийную школу, инструктор отдела пропаганды и агитации Татарского обкома КПСС, заместитель начальника государственного комитета профтехобразования ТАССР, проректор университета марксизма-ленинизма). И вдруг православная тема исследований и преподавание в Казанской Духовной семинарии.
С возрастом человек все больше должен задумываться о духовном, о бренности существования, о конечности жизненного пути, о смысле жизни. Должен более пристальное внимание уделять своим корням, своему происхождению. Свой род по материнской линии – Тютиковых и Гришиных (уроженцев Елабужского и Мензелинского уездов) я через архивные изыскания знаю с 1690 года. Это древо графически изображено, оно находится в моем рабочем кабинете. Знание прошлого, несомненно, укореняет и укрепляет человека. Жаль, что молодые осознают это слишком поздно, когда старшие, носители ценной семейной информации, уже уходят из жизни. Это первое.
Второе, род мой духовно очень богат, насчитывает двенадцать художников, среди них четверо – иконописцев. Монахиня Аглаида (Тютикова Александра Петровна, уроженец села Лекарево, Елабужского уезда, Вятской губернии) шестьдесят лет подвизалась в Елабужском Казанско-Богородицком женском монастыре, была последние предреволюционные двадцать лет старшей в иконописной мастерской. Иконы её письма сохранились.
Его отец, мой прадед Гришин Анисим Иванович († 1892) был паломником, дважды посещал монастыри Святой Горы Афон. В моем архиве есть документ об одном из посещений (от апреля 1882 г.)
Мой дед – Тютиков Иван Иванович, выпускник Казанской художественной школы, ученик Н.И. Фешина вырос до большого мастера, став заслуженным художником России. Поэтому, думаю, что вполне естественно, что сегодня, и я занимаюсь данной духовной темой.
Основную цель своих исследований я вижу в том, чтобы современный читатель прочувствовал ушедшее время, понял психологию поведения наших предков. Я пытаюсь извлечь из пелены прошлого лики выдающихся земляков, внесших большую лепту в формирование духовного облика нашего города. И как порой варварски, безучастно мы, ныне живущие, относимся к тому наследию, которое оставили они. Наши внуки дадут однозначно нелицеприятную оценку многим современным «архитектурным творениям». Павел Васильевич Щетинкин расширил, благоустроил гостиницу (современное уже в прошлом название «Казань»), - и во что сейчас превратилось это здание, несомненно, украсившее бы город? А дом Заусайлова, Фукса, Кривоносова? Не хочется даже и перечислять. Хорошо, что сохранились старые фотографии…
Тематика некрополей – очень тонкая, по ней профессионально в общей массе историков работают единицы. Думаю, оно и понятно. В 2000 году в журнале «Казань» прочитал статью Бориса Гришанина об утраченном некрополе Кизического монастыря. И мне стало печально, что ни я, ни мои земляки не знают, какие там погребены личности. Я стал постепенно работать в этом направлении. И как результат - за труд «Утраченные монастырские некрополи Казани» в 2009 году я стал номинантом Макариевской премии. В прошлом году также была издана обобщающая книга в 400 страниц «Казанский некрополь», которую Казанская епархия выдвинула на Макарьевскую премию. Много открытий я сделал, листая старые газеты, читая некрологи и воспоминания.
Разве не интересно мне было узнать, что на кладбище Свято-Введенского Кизического мужского монастыря было немало семейных захоронений дворянских и купеческих фамилий, почетных граждан нашего города, среди которых выделим Дрябловых, Каменевых, Баратаевых, Желтухиных, Хворовых, Котеловых, Мергасовых, Вениаминовых, Башариных, Апехтиных, Осокиных, Чертовых, Горталовых, Чемесовых, Поспеловых.
Среди упокоившихся на погосте - наместники Казанского наместничества - Семен Михайлович Баратаев (Бараташвили) († 30 декабря 1798) и Вятского наместничества - Федор Федорович Желтухин († 1817), три гражданских губернатора - Александр Андреевич Аплечеев († 10 августа 1802), Борис Александрович Мансуров († 16 октября 1814) иИлья Андреевич Толстой († 21 марта 1820); четверо городских головы - Иван Федорович Дряблов († 24 ноября 1774),Петр Григорьевич Каменев († 12 октября 1776), Федор Иванович Хворов († 22 сентября 1830), Герасим Семенович Мельников († 31 декабря 1840).
Здесь нашли свой последний приют известный казанский поэт Гаврила Петрович Каменев († 26 июля 1803), профессоры Казанского императорского университета Петр Сергеевич Кондырев († 24 марта 1823), Илья Федорович Яковкин († 26 марта 1836), Иван Михайлович Симонов († 10 января 1855), Александр Федорович Попов(† 1 января 1879), Николай Осипович Ковалевский († 1891).
На монастырском кладбище хоронили титулованную знать, статских советников, именитых казанских граждан. Здесь нашли последнее упокоение многие известные люди города - губернаторы и градоначальники, профессоры Казанского университета и учёные, просветители и духовенство, а также купцы, офицерство, врачи – более трех тысяч человек.
Об этом свидетельствует поклонный крест, установленный 25 августа 2005 года на его территории и освященный Архиепископом Казанским и Татарстанским Анастасием.
- Исследовательскую работу Вы долгое время успешно сочетали с преподавательской деятельностью. Вопрос: что легче – быть преподавателем Казанской духовной семинарии или деканом факультета повышения квалификации?
В 1972 году я закончил Казанский государственный университет, историко-филологический факультет, историческое отделение. Образование нам дали фундаментальное. Я искренне признателен нашим, многим уже ушедшим от нас, педагогам. Сразу стал преподавать в Бугульминских средних школах № 4 и 7, историю, обществоведение и даже географию, а потом в университете марксизма-ленинизма и в высшей школе. Так что определенный опыт накоплен.
В январе 2002 года ректором академии, профессором Ершовым А.Н. был приглашен работать деканом факультета повышения квалификации. Работа была ответственной и нужной, ведь АГМУ при Президенте РТ – это головное учебное заведение по подготовке, повышению квалификации и переподготовке государственных и муниципальных служащих республики. Я работал семь лет, за это время мы организовали около девяноста потоков, свыше пяти тысяч человек прошло через факультет. Несомненно, пригодился весь до этого наработанный жизненный и управленческий опыт.
С сентября 2001 года тружусь на ниве духовного образования, в стенах Казанской Духовной семинарии. Там я читаю лекции, которые семинаристам необходимы – Новую и Новейшую историю стран Европы, Америки и Азии, а также Византологию. Там ребята другие, с иным взглядом и внутренним мировоззрением, у них развит духовный стержень. Многолетнее общение с ними меня изменило, я внутренне преобразовался. Многие из них, двадцатилетние, видят глубже и шире, нежели я, шестидесятилетний. Я у них учусь смирению, внутренней устойчивости, широте взгляда на суету мирскую. Я благодарен Владыке Анастасию, что он доверил мне преподавать в семинарии.
Поэтому спрашивать, что легче, я бы не стал. Везде своя ответственность и понимание важности. Одно не может без другого. Вымели в нашей стране духовность, милосердие, благотворительность, любовь к ближнему, и к чему пришли: к одичанию. И определенная часть общества туда уходит безвозвратно. Сегодня время выбора: или ты пьешь чистую родниковую воду, или паленую водку - выбирай. Или молишься Богу, стараешься жить по его заповедям, или служишь мамоне - выбирай. Но помни, что за все надо платить. Платит человек, платит государство, платит народ. Поэтому не удивляйтесь скоротечности молодой жизни, и что наши кладбища сегодня так много принимают в свои недра молодых.
Наши семинаристы, наши священники – это элита общества. Не будет веры, не будет них - уйдет, исчезнет, растворится народ, превратившись лишь в малолюдное человеческое скопище. Без веры, без детей, без продолжения рода жизнь не имеет большого смысла. Думаю, стоит это почаще говорить молодым, не до всех, а все-таки до некоторых и дойдет. В наши молодые годы мало нам об этом рассказывали. Сами доходили, но через большие ошибки и безвозвратные потери.
- Каким Вы видите своего читателя? На кого, в первую очередь, рассчитаны Ваши монографии и статьи? До кого Вы пытаетесь донести свои идеи? Удается ли Вам это?
- Мои книги рассчитаны на пытливого, вдумчивого читателя любого возраста. Они не предназначены для массового потребителя. Я ведь еще являюсь председателем городского общества историков – краеведов. Мы собираемся каждую последнюю пятницу в 16.00 в музее Баратынского. Набирается обычно до тридцати человек, но какой же интересный разговор мы ведем. Часто можно там встретить и студентов. Так что и Вас я приглашаю на наши историко-краеведческие посиделки.
- Большое спасибо. Я тронута Вашим приглашением и с радостью бы посетила подобную встречу. Сейчас достаточно редко проводятся такие интересные и в то же время общедоступные мероприятия, преимущественно все поставлено на материальную основу. А если бы в Вашем распоряжении был большой капитал, который Вы могли бы потратить исключительно на благо родного края, на что Вы бы его направили в первую очередь?
- Я о большом капитале и не мечтаю, но если он и подвернулся бы мне, то я бы его потратил на издание книг и недорогих брошюр об адамантах Духа - наших земляках: священниках, монахинях, профессорах Казанской Духовной академии, купцах – благотворителях. Несомненно, я бы издал патерик – помянник лиц, сыгравших большую роль в истории Свияжска. Еще бы я учредил за лучшие исторические и краеведческие работы именные премии памяти Знаменского П.В., Агафонова Н.Я., Морева И.С. и, конечно же, крупного знатока местного края архиепископа Казанского и Свияжского Никанора (Каменского).
На эти средства я бы покопался в архивах Москвы, Санкт-Петербурга, Самары, Уфы, Оренбурга, Вятки. Издал бы дореволюционные отдельные тома «Православного собеседника», «Известий Казанской епархии». Материальные выгоды бы отбросил. Главное для меня – знание. Я всегда испытывал белую зависть к людям, которые знают больше меня. На этой вершине стоят наш Патриарх Кирилл, митрополит Калужский и Боровский Климент, дьякон Андрей Кураев – с каждым из них мне посчастливилось пообщаться. Это люди энциклопедических знаний. Мне многому еще предстоит научиться.
- Ваше жизненное кредо? Чем Вы увлекаетесь помимо Вашей основной деятельности? Что можете рассказать о себе сокровенного?
- Кредо – знание. Я достаточно скептически отношусь к тем людям, которые во главу угла ставят меркантильные вопросы. Конечно, никто в шалаше жить не хочет. Но материальные погони рано или поздно приводят в тупик, к краху, в пустоту. Поизучайте немного историю, и не только нашей страны. А духовный человек счастлив. Богат своими знаниями, которые постоянно пополняются, своими учениками, послушниками. Что еще можно добавить? Кроме того, что я сказал. Я родился в апреле, весной. И главное для меня – движение. Я люблю двигаться. Зимой на лыжах (пишу эти строки 4 апреля, в пасхальный день, но еще не закрыл лыжный сезон). Весной хорошо в поле, наст держит. Вот где должна быть молодежь города, а не в прокуренных кабаках, барах и казино. Слава Богу, в нашей молодости их в таком количестве и не было. А весной – летом, конечно велосипед. За сезон до тысячи километров - маловато, но иногда лень берет. С велосипедом никакие машины не сравнятся. Ты сливаешься с природой, тебя обдувает ветер, ты ловишь солнышко. Хотя и машина тоже имеется. И тихая охота, как живописал ее Солоухин, грибы. Это уже осень, особенно бабье лето. Сам процесс поиска грибов, общения с лесом. А потом горячий чаек, ну где вы найдете это в ваших прокуренных помещениях? Мы, наше поколение - дети природы, ветра, воды. Так что, молодые, выбирайте и ищите себе достойных поводырей. Выбор за вами.
Недавно упокоился Владыка Сербский Павел. Бог дал ему большую жизнь, 95 лет. Он полный аскет, отказался от персональной машины, ходил среди народа пешком, ездил на общественном транспорте, без охраны. Говорил: « Если Бог меня не упасет, то кто же?» И вот он умер, плакали все: от ребенка до убеленного сединами старца. Его в Белграде хоронили пять миллионов человек. Абсолютный духовный авторитет, непререкаемый. Его фраза: «Прожить надо так, что, когда ты приходишь в этот мир, все радуются, только ты один плачешь. А уходить надо так, чтобы все плакали, а только ты один бы радовался предстоящей встрече с Ним». Попробуйте и вы.
Счастья вам, а счастье – это мир в душе, тишина. В Евангелии от Иоанна сказано: «Что толку, что ты завоюешь весь мир, а душу потеряешь». Это были последние мысли Наполеона в изгнании на далеком острове. А ему было всего-то чуть более пятидесяти лет…
- Благодарю Вас за содержательную беседу. До новых встреч.
