Рамиль Хайрутдинов: "На любую Visa и Mastercard найдется карта "Мир"

Директор Института международных отношений Казанского федерального университета Рамиль Хайрутдинов поделился своим мнением с «КВ» о том, как введение санкций США и европейских стран может повлиять на Россию и ее партнеров, а также на развитие технологий. Эксперт поразмышлял о потенциальной расстановке сил по завершению специальной военной операции России на Украине, а также о том, насколько Россия может полагаться на Китай.

- Рамиль Равилович, Россия сегодня оказалась в условиях европейских и западных санкций. К чему они реально могут привести?

- Они уже привели к ухудшению показателей экономического роста и производительности труда, условий для ведения бизнеса, затронули практически всех рядовых жителей и повлияли на потенциал развития государства в целом.

Смысл санкций в этом и заключается в введении жестких ограничительных мер, направленных против наиболее технологичных российских отраслей экономики, попытках дискриминации высших должностных лиц нашего государства, представителей власти, бизнес-структур, «генералов» производства, ущемлении их политических и гражданских свобод, секвестировании доступа к мировым ресурсам, технологиям, инвестициям, введении эмбарго на реализацию сырья, продукции, услуг.

Противники России пытаются сдержать ее развитие, применяя механизмы информационной, экономической, политической и дипломатической изоляции страны, намереваясь максимально дискредитировать ее лидеров в глазах мирового сообщества. Как правило, страны под жесточайшими санкциями становятся так называемыми «государствами-изгоями», а их руководство – «нерукопожатными».

Что касается перспектив новых рестрикций по отношению к России, то мы к ним готовы. Я отношу себя к числу тех людей, которые считают, что всю свою современную историю российское государство существовало и развивалось в условиях перманентных ограничений. Санкции в отношении Советского Союза были введены с первых лет его существования, особенно усилившись после Второй мировой войны с началом эпохи «железного занавеса». Страна тогда работала с оглядкой на собственные ресурсы, собственные технологии. То же самое примерно происходило и в 1970-80-е годы. Так что ничего нового и особенного в сегодняшней ситуации нет.

Да, нас расслабили последние десятилетия, когда мы активно работали на международных рынках, к сожалению, в основном лишь в сырьевом сегменте. Но печальнее всего даже не сам факт приоритета сырьевой экономики, а несколько другое – все эти годы нас пытались ограничить в доступе к возможностям, которые представляют высокие, наукоемкие мировые технологии, которые были бы так необходимы для форсажа развития страны.

И еще одна приобретенная боль и проблема, которая заключается в размыве духовных ценностей, идеологических основ нашего общества. Выросли целые поколения молодых людей, которые как трагедию воспринимают не угрозу утраты собственной идентичности, культуры, осознания принадлежности к российской цивилизации, а банально отсутствие доступа к тем же социальным сетям и программным продуктам.

Возвращаясь к последствиям санкций, важно отметить, что их введение прямо влияет на возможности привлечения и уровень инвестиций. Как правило, прекращаются прямые вложения в экономику, в банковскую сферу. Поэтому, конечно же, наступает сложный период, тяжелые времена. Но это никак не должно стать поводом для панических настроений.

Страна готовилась к подобным событиям: многие механизмы, инструменты противодействия санкциям уже были разработаны. У нас здесь накоплен значительный опыт .Это не только импортозамещение, но и отечественные аналоги тех систем, на которых мы сейчас работаем. На любой прием есть контр-прием, на любую Visa и Mastercard найдется карта «Мир» и другие банковские инструменты.

В  этом мире все взаимосвязано. Санкции бьют не только по России. Они вводят в орбиту противостояния целые регионы мира. Сворачивание совместной деятельности и технологических проектов с Россией влияет одинаково негативно как на производство, бизнес, торговлю частных компаний и госкорпораций Европейского Союза и Америки, так и на экономике наших бывших братских республик. Санкции зачастую приводят к обратному эффекту. К странам инициировавшим  рестрикции как бумеранг возвращаются те же самые экономические проблемы в виде роста цен, инфляции, стагнации производства. А для нас нет худа без добра – появляются новые возможности для саморазвития в этих сложных условиях.

- Мы можем предположить сегодня, какое положение ожидает Россию на мировой арене в дальнейшем?

- Украина стала лишь поводом для детонации всемирного кризиса. На этой территории противостоят друг другу не Украина и ДНР/ЛНР, а Россия и западный мир. Если максимально упростить, то в ее основе лежит борьба за ресурсы, за гегемонию, за будущее Евразии. Выход всего один – надо побеждать, не сдаваться, добиваться своей цели.

Как ученый я вижу, что Россия на протяжении всей своей имперской, советской и постсоветской истории является страной-лидером. Она всегда находилась на острие мировой политики, от нее многое на этой планете зависит, она не дает рухнуть сложившемуся балансу сил. Пока существует Россия, я уверен – это навсегда, мир не будет однополюсным, а международные отношения продолжат развиваться в рамках полицентричной  системы. Сейчас же нам пытаются навязать сценарий, по которому должна править лишь одна цивилизация, одна западная культура. Наступило то время, когда страна вместе с нашими партнерами сражается за многополярный мир, и я убежден, что Россия с достоинством защитит себя и своих союзников, выйдет победителем из этого кризиса.

Военные конфликты при любых обстоятельствах заканчиваются. Всегда после войн начинаются переговоры, меняется карта мира, а затем наступает период стабильности и расцвета государств. Надо выйти из этой ситуации окрепшими, монолитными. В наше общество наконец-то пришло осознание того, чего мы лишились за предыдущие годы. А мы чуть не потеряли систему образования – собственную, самобытную, не под западный стандарт, а ту, целью которой были знания и интеллект.

Мы во многом потеряли идеологическую, мировоззренческую платформу. Нам сейчас пытаются внушить, что гуманитарные ценности так называемых демократических стран Европы и США, переживающие чудовищный морально-нравственный и этический кризисы являются примером для остальных государств, народов и цивилизаций. Нет! У каждой страны есть собственные идеалы и духовные ориентиры, и я за то, чтобы национальные культуры расцветали, чтобы не было единого общего шаблона, стандарта, одной модели развития. Говоря образно, пришло время отказаться от американского «Макдоналдса», а иметь выбор – от «Татмака» до ресторанов со звездами «Мишлен».

- Китай. Мы можем полагаться на сотрудничество?

- Все, что не делает Китай, — это абсолютно прагматичные шаги, стратегически выстроенные. Все концепты, которые реализуются сегодня, были заложены китайскими идеологами  20-30-40 лет назад. На практике это означает последовательное выполнение грандиозного плана по развитию Поднебесной, ее экономики, культуры, общества. И здесь есть многое, что могло бы стать и для нас примером, –  прежде всего отношение  к труду, культуре, традициям, самоидентификации, любви к стране и государству. Есть чему поучиться.

Китай прекрасно осознает, что, потеряв Россию, он останется наедине с англо-саксонским миром. А уже этот конфликт неизбежно приведет планету к гибели. Поэтому Китай и встает «спина к спине» с Россией, так как сосед хорош в дружбе, но никак не в ссоре. Поэтому в собственной, присущей им манере они оказывают содействие своим стратегическим партнерам, при этом, стремясь не ввязываться явно в острые конфликты с другими мировыми лидерами.

Там, откуда уходит Россия, уходит Америка, рано или поздно появляется Китай. Позиция его лидеров понятна и не меняется со временем. Они стремятся во внешней и внутренней политике быть сильными, действовать жестко, но важнейшими приоритетами  для них всегда остаются интересы страны, сохранение единства государства и самобытности народа.